Когда текст игнорирует художника

Торжество молодости, справедливости и чистоты —

о выставке Евгения Шадко в A&V Gallery

30.12.2020

Критический обзор от Иры Баловневой

11 декабря в A&V Art Gallery стартовал проект Daybreak Евгения Шадко. Это третья персональная выставка на родине за 33 года жизни, и в этот раз авторская концепция более чем прежде сопряжена с событиями в Беларуси. Из этого материала вы узнаете, кто же главный герой его полотен, что не так с аннотационным текстом и как попасть на квартирник.

За последний год художник провел минимум два квартирника, последний из которых пришелся на

19 и 20 декабря, а также участвовал в выставке Non place совместно с Татьяной Кондратенко, Игорем Тишиным и Татьяной Радивилко. Интерес к творчеству Евгения Шадко возрастает, но чем же так актуальны и притягательны его работы. Ответ на эти вопросы мы попытаемся найти на его полотнах.

Шадко компонует своих персонажей в расслабленных позах, слегка ссутулившимися, как в работах Watching the Monster Die, Fire Among Us. Они изображены романтичными, созерцательными, ведущими самоуглубленный диалог, но не на поэтические темы, а по большей части о роке, любви, отчаянии, одиночестве. Как правило, это молодые люди, способные менять мир вокруг, до краев наполнять жизнь смыслом. Особенно точно переданы эти идеи в работах Puskinskaja, August Night. Увидеть эти две картины можно было прошедшей осенью на выставке Non place, а теперь только в сети. Более того, эти знаковые работы, со слов администратора A&V Art Gallery, и не планировалось показывать, неизвестно по каким причинам. Администратор также добавила, что цель работы галереи абсолютно коммерческая, а политическая не преследуется.

Fire Among Us

Watching the Monster Die

Но вернемся к картинам. Вера в лучшее, похоже, и есть главный вектор автора и его героев. Художник следует ему, пользуясь артефактами философии memento mori, например, проявляя на лицах, как на рентгенограмме, очертания черепа. Художник подчеркивает темные контуры глазниц и основание носа. Но это не та мертвенность, которая, например, обезображивала портрет Дориана Грея, а другая, напоминающая о быстротечности времени и невыразимой боли за бесцельно прожитую жизнь. 

 

Во многих произведениях выставки ощущается веяние постдекаданса и ар-нуво, век назад этими же приемами пользовались модернисты Михаил Врубель, Амедео Модильяни, Эгон Шиле. Заметно, насколько увлечен живописец выразительностью средств. Он старается раз за разом усложнить свой пластический язык, поэтому зритель видит разные приемы работы сухой кистью и мастихином, разнообразными лессировками, растиранием, стиранием, распылением, разбрызгиванием.

Не углубляясь в художественные термины, скажем, что проект получился визуально легким и эмоционально напряженным. Если сравнить работы экспонируемые и из архива — заметим, как сильно изменилась за полугодие палитра. Прежде использовалось минимум цвета, а теперь произошел хроматический сдвиг, и он смещает точку восприятия. Так что название выставки вполне знаменует и новый этап творчества.

Серия Daybreak создавалась быстро, с августа 2020. В A&V Art Gallery не менее быстро организовали выставку, успели сверстать, распечатать каталог. И все же под сомнение попадает аннотационный текст, исполненный в виде эмоциональной скороговорки.

«Daybreak» — четкое видение пути не всегда возможно, а порой бессмысленно. Все чаще приходится двигаться на ощупь, наугад, темнота разъедает глаза и пугает всепоглощающей тишиной — это время перед рассветом. Интуитивное движение к новому началу, к едва пробивающемуся лучу солнца. Или это только показалось.
С 4 декабря в галерее AV стартует выставка молодого художника Евгена Шадко. Свое название выставка «Daybreak/рассвет» проект получил в честь всеохватывающего чувства надежды, так знакомого каждому в эти темные времена. 2020 год терроризировал всю планету и особо остро прошелся по Беларуси. 
Время локдауна, борьбы, вынужденной самоорганизации, безапелляционно обрушившееся на белорусов в этом году, стало периодом не только радикальной необходимости объединения,  взаимовыручки и осмысления всех ценностных характеристик быта и морали, но и временем проявления магических сил и необъяснимых настроений. Были разрушены устоявшиеся мифы и привычки, знакомая рутина остались далеко в прошлом. Выкристаллизовывается человек-белорус, новое поколение, чьи лица легко считать на полотнах Шадко. Поколение осмысленных взглядов, нежных отзывчивых сердец и уверенной силы. 
Персонажи Евгена Шадко, выглядывающие с живописных полотен и листов графики, рассказывают свои личные истории, существующие на грани забвения и принятия. Молчаливые монологи, посвященные хрупкому балансу между разрушением и созданием нового. Процесс, который выглядит как трепетание, ритмичный импульс, есть сама жизнь – мощная турбина, приводящая в движение пласты времени.
Правила новой этики как реакция на всплески насилия, и правила информационной гигиены, как итог необходимой борьбы за моральное и физическое здоровье, находят отражения в работах художника. Молодой человек, не маскулинный тип или классический герой в развивающемся плаще, а простой парень и девчонка, знакомый каждому в зеркале, становятся точкой отсчета в новой системе координат вырисовывающегося на горизонте будущего. 
Вылепливая нового белоруса на излете 2020 года, выставка «Daybreak» посвящается не столько конкретному ритуалу загадывания желаний перед наступлением нового годового отрезка, но скорее динамике прошедшего года, проявившего больше, чем ожидалось. Художник не пытается остановить само время, неминуемо движущееся к очередной волне социальных и экономических или политических потрясений. Но подчеркивает – остаться в зоне комфорта не получится ни у кого. А тех, кто изо всех сил держится за привычное, становится просто жаль. Максимально дистанцируясь от того, что было когда-то нормой, мы перешли в другое время. Какое, не ясно никому. Это время темных сумерек. Мы можем знать только одно – рассвет обязательно настанет.

Он звучит громко, но в виде общих фраз, которые могли бы описать недавние работы и других беларусских авторов, например, Таши Кацубы, Катерины Пашкевич. То есть текст не несет конкретики и создает общий эмоциональный фон. Это скорее выговаривание, чем беседа об искусстве. Разумеется, изложенные мысли важны и найдут отклик у большого количества людей, но ведь речь еще идет о символической и внешней красоте живописи.

Например, в аннотации нет отношения к знаковым работам в залах. Почему упущены размышления о художественных подходах, особенностях видения, а рассуждение строится только вокруг сюжета. Так утрачиваются важные составляющие искусства и зрителю предлагается узкий ракурс обзора, ведь выставка не строится вокруг острой темы, на чем акцентируют внимание представители галереи. После прочтения аннотации и посещения выставки остается много вопросов: зачем художнику стараться, выигрышнее сопоставлять цветовые пятна, наблюдать за тем, как ложится свет на разные фактуры, если зрителю будут указывать только на нарратив, который вроде бы по политическим соображениям избегают. Евгений в одном из интервью говорил, что для него живопись «является языком и способом коммуникации». Добавим, талантливым языком коммуникации.

Есть другая путаница в тексте галереи. Тогда как художник в работах последнего полугодия делится, что рассветный час наконец пришел в нашу рутинную жизнь, что гражданское самосознание проснулось, текст сообщает: «Это время темных сумерек. Мы можем знать только одно – рассвет обязательно настанет». Все произошедшие перемены описываются, но настойчиво в ночном мраке.

 

Не ясно, куда куратор спешил настолько, чтобы пропустить мимо себя главный посыл Евгения, ведь даже одна из картин, Daybreak, дает имя всей выставке. Слово «daybreak» в Оксфордском словаре обозначает время до восхода солнца, когда первые лучи озаряют небо. В русском языке это явление называется зарей и рассветом. Прекрасны другие визуальные эпитеты, подобранные Евгением: торжество молодости, справедливости, чистоты в образах огненного льва-победителя и белых цветов, нового колорита. То есть для художника рассвет наступил. А автор текста пока пребывает в другом измерении.

Администратор дала комментарий, что автор текста не имеет к галерее отношения, а имя куратора не назвала. Комментарий этот фантастичен тем, что ситуацию не меняет — текст все равно устроил галерею и озаглавил выставку. Это лишь нюанс в отношении галереи к зрителю и художнику.

 

Поэтому при знакомстве с творчеством Евгения Шадко в галерее и в открытом доступе рекомендуем опираться на различные интервью.

И остается загадка. Чей образ каждый раз повторяет Евгений в своих работах? Пишет ли он собирательный портрет? Если понаблюдать за создаваемыми годами характерами, мимикой, взглядами, можно заметить, что все они на одной волне. Такой тип героя был выбран художником давно. Но аннотационный текст сообщает, что «выкристаллизовывается человек-беларус, новое поколение, чьи лица легко считать на полотнах Шадко». Да, нация действительно меняется на глазах. Но  художник, скорее, продолжает изображать своего давнего героя, просто в новых условиях. То есть не обязательно называть его именно беларусом. Проще было бы обозначить его человеком постмодернистского общества.

 

Итак, если вам нравится Революционная улица в Минске, рождественская иллюминация и постмодернистская эстетика, рекомендуем зайти в A&V Art Gallery до конца декабря. C начала 2021 года лучше уточнять по телефону, работает ли выставка, потому что руководство не определилось с датой переэкспозиции.

А когда вам захочется получить представление о творчестве Евгения в менее формальной обстановке, побеседовать с ним лично, узнать, как живет художник в Минске, поблагодарить за труд и смелость, рекомендуем заглянуть в его инстаграм в поисках анонса и однажды попасть на квартирник. Шадко с художниками-единомышленниками периодически организует его в своей съемной сталинке, по совместительству мастерской, с розово-желтыми стенами.