Настя Тулаева

председательницей БАСА в 2016-2019

10.06.2019

Автор статьи: Даша Ахрамейко

Фото: Александра Пригодич

Интервью о том, как будучи студентами, не имея бюджета, организовывать большие мероприятия

- Итак, ты глава БАСА?

 

- У нас главных нет, я просто там ставлю подпись и печать, все.

 

- Расскажи, что это вообще такое – БАСА?

 

- Это Белорусская Ассоциация Студентов Архитекторов, юридически это молодежное общественное объединение, существует с 1994 года уже. И в принципе, она в основном занимается летниками, поездками, реставрациями, неформальным образованиям, мелкими междусобойчиками…

 

- А кто ее создал, студенты?

 

- Студенты создали, и поддержала прошлый декан архитектурного факультета Галина Владимировна Полянская, она очень помогала поначалу.

 

- А потом - нет?

 

- Галина Владимировна ушла с должности декана в 2004 году, если я не ошибаюсь. Сейчас получается, что БАСА не то чтобы в контрах с факультетом, но… мы разные цели преследуем. Мы, скорее, такие панки, веселимся и все такое, приходит факультет и говорит, что мы им мешаем работать. В принципе, мы вполне мирно сосуществуем, БАСА живет параллельно с архитектурным факультетом, но очень… отдельно. Мы никакого отношения к факультету юридически не имеем. Мы самостоятельная организация.

 

- Никакой поддержки вы не получаете от них?

 

- Поддержку мы получаем только, например, когда из-за форумов и мероприятий студентам нужно освобождение от занятий.

 

- И это все, никакой больше помощи?

 

- Ну да, нам главное чтобы не мешали.

 

- А вы не просите?

 

- Мы просим, предлагаем, но как ты понимаешь, то, что нам выгодно, зачастую не выгодно факультету, в том плане, что БАСА - это и есть неформальное образование и представляет себя как проводник альтернативы, и мы в какой-то степени пытаемся конкурировать с факультетом.

Но особых контр у нас с факультетом нет, у нас очень дипломатичные отношения и никто никому старается не портить жизнь. Если они нас просят что-нибудь сделать – мы это делаем, организовываем. Если нам от них что-то надо, например, повесить какой-нибудь стенд от БАСА – нам говорят “ок”.

 

- А ну это круто.

"Мы, скорее, такие панки, веселимся и все такое, приходит факультет и говорит, что мы мешаем им работать"

- Ну и вот последний год мы почти ничего не делали. Мы вот сделали весеннюю архитектурную школу – SESAM (Small European Students of Architecture Meeting), которая была как архитектурный форум, как мастерская, как единица EASA (Европейской ассамблеи студентов-архитекторов). И это отняло очень огромные ресурсы, потому что организовать что-то in the middle of nowhere…

 

- Я восхищаюсь вообще сезамом, мне кажется это что-то невероятное на белорусском пространстве.

 

- Мы там все охренели, после этого еще очень долго пришлось отдыхать. На следующий семестр у нас много планов – это цикл лекций в Минске и “Минский Архитектурный Форум” в апреле.

 

- Как ты попала туда вообще?

 

- Я слышала про БАСА на 1 курсе, ребята пришли в субботу на лекцию, на которой было полтора человека и они там что-то рассказали, мы подумали “нифига, какие они умные”, потом я написала заявление на летник в Любчу – меня не взяли, потому что там был очень большой конкурс. Потом, в августе, они объявили, что организуют Минский Архитектурный Форум (тогда уже 5-ый), надо было написать мотивационное письмо. Я написала, меня выбрали, я поучаствовала, и это оказалось довольно весело. Потом (в 2016 году) старшие ребята написали, что старшее поколение ищет свежую кровь, чтобы помочь организовать SESAM (SESAM Terra Incognita в Минске), им не хватало ресурсов. Вот я присоединилась, и все как-то завязалось так.

 

- По карьерной лестнице?

 

- Это не карьерная лестница, по сути, у нас нет иерархии никакой. То есть, серьезно, вся моя сила заключается в печати и подписи.

 

- Как ты стала председателем? Был же кто-то до тебя?

 

- Ну да. До меня была Аня Смирнова, но она уже училась на 6-м курсе тогда. И когда у нас было такое собрание в рамках обсуждения архитектурного форума, они сказали, что вот, друзья, уже надо уходить на покой, нам дипломы делать и все такое…

 

- То есть они уходят, когда заканчивают учебу?

 

- Типа того, да. Вообще срок председателя 2-3 года где-то.

 

- У вас демократия такая.

 

- Ну да!

 

- Сколько вас человек вообще, у вас есть какой-то штат, условно?

 

- В БАСА числится много людей, цифра такая абстрактная, расплывчатая. Я в этом году тоже собираюсь уйти уже и попросить новую девочку занять мое место.

 

- Ты уже знаешь, кого?

 

- Ну, есть варианты, да.

 

- У вас там голосование проводится?

 

- Выдвигают кандидатуры и обычно нет ярых споров, БАСА очень сплоченная, и к тому же, это ничего в корне не меняет.

- Ты говоришь, вы юр. лицо. Как это называется точно?

 

- Молодежное общественное объединение. Вот Союз архитекторов - это общественное объединение, а мы - молодежное, МОО.

 

- А как у вас с деньгами вообще?

 

- У нас нет ни бухгалтерии, ни бюджета.

 

- Денег нет?

 

- Денег нет.

 

- И как вы живете?

 

- Ну, так, просто.

 

- Я вот, например, не понимаю, как организовывается SESAM.

 

- SESAM организовали отчасти из своего кармана. То есть на начальные какие-то вещи мы скидывались. Потом партнерство, спонсорство, бартер, друзья, прощение долгов. У нас есть постоянные партнеры как Velux или Knauf. Это фирмы, которые имеют отношение к строительству — стройматериалы производят. Они уже давно наши спонсоры. Для них мероприятия БАСА — это один из немногих способов о себе заявлять студентам, то есть если мы поставим их биллборд на архитектурном форуме или скажем спасибо Knauf или Velux за поддержку – люди начинают интересоваться и потом узнают, что Knauf это основные поставщики гипсокартона и отделки в Беларуси, а Велюкс делают мансардные окна. Это все так работает. Это такие спонсоры, которые просто дают, сколько не жалко, не много, но в итоге получается достаточно. Плюс некоторые вещи достаются практически даром. С SESAM нам очень помогли министерство архитектуры и строительства и муниципалитет.

 

- Как именно они помогли?

 

- Председатель Союза Архитекторов, Александр Иосифович Корбут, нам помог, он о нас рассказал в Министерстве Архитектуры. Мы попросили его помочь с информационной поддержкой. Министерство имеет очень много каналов, они могут, например, написать в областной исполнительный комитет и попросить «оказать поддержку в организации мероприятия в деревне Черея», этот исполнительный комитет может, в свою очередь, позвонить в сельсовет или куда-то. Это все такие человеческие связи. И в итоге мы имели там действительную поддержку. Например, стояли студенты уже во время Сезама, непонятно совершеннолетние или нет, на ресепшене с пивчанским. Подъезжает милиция, все быстро прячут пиво, участковый говорит: «Все хорошо у Вас? Никто не беспокоит? Ну ладно, давайте!”. То есть там все были за нас.

 

- Интересно, как этого добиться.

 

- Подобными вещами занималась не я, я больше связывалась с людьми с EASA, например. У нас есть такой Андрей Крохин, у него очень пробивной характер, он идет напролом и со всеми этими чуваками он просто напористо общался, рассказывал, доказывал. Он умеет подстроиться под этот чиновничий язык.

- Вы планируете делать в будущем что-то новое, как-то расширяться?

 

- Мы вот планируем связаться с МГАСКом. И наша ассоциация студентов-архитекторов замкнута в Минске, у нас один факультет в Минске. А Брест и Гомель остаются немного не у дел, и не понятно, как это пробить. Хотим заниматься этим в рамках нашей промо-компании.

 

- Как вы обычно студентов завлекаете?

 

- Обычно врываемся на какую-нибудь лекцию в субботу, на историю искусств, например. Либо через сарафанное радио. Мы будем цикл лекций делать перед форумом и в рамках этого хотим сгонять в Брест, Гомель, Новополоцк.

 

- Вот в Новополоцке очень хорошо всё, кстати, с этим. Они такие активные.

 

- Мне кажется, в Новополоцке в силу их маленьких размеров, у них есть какая-то самостоятельность.

Факультет маленький, поэтому они могут себе позволить много всяких «дурацких» вещей.

 

- Это похоже на то, что самые благополучные страны – маленькие.

 

- Ну да. Факультет — это часть административной машины, и там она более компактная, более гибкая. У нас пока ты проберешься через все эти уровни… Например, мы прошли через очень много кругов ада, когда пытались получить освобождение от занятий для некоторых студентов из-за Сезама. Нам пришлось привлечь почти всю администрацию факультета: декана, замдекана, заведующих кафедрами. Когда мы просим о помощи, они сначала сопротивляются и злятся, что мы их тормошим, а потом видят, что это действительно классно и начинают помогать.

”В последний вечер на EASA мы сидели вдрызг пьяные и обсуждали, как это будет”

Фото: Александра Кононченко

- Можешь подробно описать SESAM

 

- Ой, это было полное безумие.

 

- Это безумие, да.

 

- Началось все с того, что мы с Крохиным были на EASA в Дании (я национальный контакт EASA вместе с Никитой Акуленко). Когда мы отбирали участников, решили что возьмем Крохина с собой и посмотрим, что из этого выйдет. В итоге, Андрей очень сильно проникся всей этой атмосферой, и в день национального вечера (это такая самая страшная мультикультурная вакханалия за все две недели ассамблеи) в какой-то момент он ко мне подходит и говорит:

 

- Ну, все Насть, я договорился, всех уже позвал, у нас будет SESAM.

- Что?!

- Ну, SESAM сделаем. Только давай где-нибудь не в городе.

- Ну, давай в деревне.

 

В последний вечер на EASA мы сидели вдрызг пьяные и обсуждали, как это будет.

Потом это все начало раскручиваться. Потом начались проблемы, много кто начал болеть, я попала в неврологию (точнее, ГЦПС) из-за стресса. Потому что многих вещей не знаешь, многие вещи рушатся в последний момент. Например, у нас жилье планировалось в ангарах на мехдворе за деревней, и в какой-то момент мне звонит Андрей и говорит, что там жить нельзя — мы заказывали экспертизу и выяснилось, что из-за химикатов там нельзя людям спать. Все! Все рейвы, вся индустриальная атмосфера, все пропало! Андрей был в истерике, но у нас был план Б – школа. В итоге ребята поехали туда, в эту школу, убирались там, делали с нуля проводку, принимали поставки умывальников и всего на свете. Было много проблем с подписанием бумажек, с этим нам очень помогали многие молодые преподаватели, невероятное им спасибо. И в итоге эти 10 дней пролетели как сплошное счастье.

 

- У вас было много воркшопов на SESAM, много иностранцев их проводили. Как вы это организовываете?

 

- Мы не зовем лично. Мы объявили open call, отрепостили где только можно, рассказали об этом на встрече национальных контактов. В итоге, получили больше 13 заявок. Сначала мы боялись, что нам не из чего будет выбирать, а потом реально сидели над заявками несколько часов.

 

- Но вы им не платите?

 

- Нет.

 

- А как это финансово обеспечивается? Например, там материалы задействованы.

 

- Это все взносы. Мы никого не нанимаем, это общее дело. Мы, организаторы, скинулись нехило, плюс тьюторы и участники воркшопов платят взносы — скидываются на часть еды и стройматериалов. Белорусы платили participation fee €60 за 10 дней. Это довольно много, но для организации мероприятия это очень мало.

- Я знаю, что вы делаете АрхКино.

 

- Да, это наш проект.

- Это очень мило. Я так понимаю, это вообще не трудно по деньгам.

 

- Да, это практически ничего не стоит, кроме сил и нервов Марии и Вали (организаторов).

 

- Я видела event на facebook “Дискуссионный кружок”, но там ничего нет, вообще никакой информации.

 

- Да, это наш проект, он провалился. Мы подумали, что нужно сделать встречи просто для разговоров и обсуждения чего-то, поговорить об архитектуре, о книжке какой-то, например. Организовали первую встречу, всех позвали, все сказали, что придут. Но в итоге из 30 человек пришло 6. Поэтому мы решили завязать с этим и сделать это как-то по-другому.

- А что ты делаешь на Минской Урбанистической Платформе?

 

- Я в основном занимаюсь журналом. Там на сайте есть вкладка “Журнал”, это такой урбанистический альманах, сборник крупных серьезных статей.

То есть мы не работаем как журналисты, это не новостное издание.

 

- Что конкретно ты там делаешь?

 

- Я делаю стилистическую редактуру.

 

- Как тебе времени на все хватает вообще?

 

- Не хватает. В журнале я зарабатываю деньги приятным для себя способом. В архитектурных бюро 

я не работаю и пока что не хочу.

 

- Почему?

 

- Я много слышала от разных людей про условия работы и про то, как это все делается – я это все не понимаю.

 

- А как учеба вообще идет? Тебе нравится?

- Нет. Я остаюсь просто потому что мне нужно протянуть 1,5 года и получить высшее архитектурное образование.

 

- А потом какие планы?

 

- Не знаю. Все меняется каждые полгода, я понятия не имею, что будет происходить. Магистратура, скорее всего.

 

- В Беларуси?

 

- Нееет, ну разве что магистратура в БНТУ чтобы подготовиться к нормальной магистратуре.

 

- А куда ты хочешь?

 

- Секрет.

 

- А направление какое?

 

- Или landscape urbanism или совсем теоретические направления. Не вижу интереса в жилой или общественной архитектуре.

 

- Видишь, сейчас ты очень много занимаешься общественно полезными делами.

 

- Да, но это очень сильно изматывает. Я не такой человек, который способен постоянно общаться с людьми, поэтому мне повезло, что SESAM мы организовывали с Андреем. Он всегда готов кому-нибудь позвонить, а мне надо для одного звонка собираться с силами 4 дня.

 

- Все эти вещи, как Архитектурный форум, выглядят всегда очень сложно, как что-то, что очень трудно организовать.

 

- Это не просто, но ты просто берешь это и делаешь. Надо запустить процесс и он будет работать. В итоге получится не то, что ты хотел, но все равно классно, чаще даже лучше чем ты представлял. Это всегда стоит того.

 

- SESAM больше не будет?

 

- Нет.

 

- Может через год?

 

- Ну, это уже будем не мы.

 

- Это выглядит очень круто. Мне очень нравится SESAM!

 

- Спасибо. По-моему, самый большой результат в том, что организаторская команда очень сдружилась, мы теперь можем друг за друга кого угодно порвать. Получилось всех сцепить. Архитектуре ты и сам можешь научиться, важно еще и человеком быть. Когда есть эта химия, вы друг друга учите, друг другу доверяете и так вы становитесь сильнее.

 

- А ты жалеешь, что ты уйдешь скоро?

 

- Нет. А чего жалеть? Во-первых, меня нет любви к власти, а во-вторых, это не власть. Просто надоело нести эту ответственность.

"Архитектуре ты и сам можешь научиться, важно еще и человеком быть.

Когда есть эта химия, вы друг друга учите, друг другу доверяете и так вы становитесь сильнее"

- Вы же, кстати, не делаете резких движений, вы очень мирно существуете.

 

- Ну да. Мне кажется, это пример политического и творческого существования. Раньше архитектурный факультет был довольно оппозиционный, и сейчас архитекторы это очень сознательные люди. Но мы все понимаем, что мы недовольны нашим образованием, но это не личная вина администрации факультета, так зачем на них кидаться, если можно заниматься своими делами. Ты же этим никому не поможешь.

 

- Я тоже думаю, что незачем выбегать и кричать громко “против”, ты этим никому лучше не сделаешь, а только может хуже.

 

- Да.