укенрц46е.jpg

«Курица не птица, баба не режиссер»

Женщины и беларусский театр

14.05.2021

Беларусский театр стремительно развивается, но, как и на всем постсоветском пространстве, женщинам-режиссерам в нем до сих пор сложно. При этом именно молодая женская режиссура находится в центре внимания.

«Я-письмо»

Изначально этот текст я планировала писать с позиции стороннего наблюдателя. Но уже начала его с «я». В попытках скоординировать свои дедлайны и приступить к работе я осознала, что являюсь одной из «тех» женщин в театре. 

 

Театроведка, кураторка, драматургиня. И именно мне, не сильно вовлеченной в практику, мужчины могли жаловаться на других женщин. Этика была таковой, что стоило молчать. Иначе я «не своя». Да и внутри что-то ликовало: «Я другая, меня ценят». Очень сложно признаться в этом даже себе. В попытках балансировать между институциональным миром больших театров (в проектных работах дискриминации меньше) и женской солидарностью, я лицемерила. При этом искренне считала, что чем чаще буду нивелировать мужские высказывания, тем больше смогу помочь своим коллегам-женщинам.

И в этом одна из главных проблем женской профсоциализации в театральном пространстве — замалчивание. С одной стороны, «зачем это проговаривать, и так все знают», с другой – попытка отождествить себя с «иными» женщинами, которые «настоящие» режиссеры, драматурги, критики. Но в большинстве случаев для мужского театрального пространства нет такого разделения и женщины остаются женщинами, которые работают в театре, но создают второсортное искусство. Хотя ситуация, на самом деле, кардинально противоположная.

 

Стоит отметить, что художницам в этом плане повезло больше: постсоветское пространство зачастую воспринимает женскую сценографию на уровне с мужской. Во всяком случае, знакомые сценографки транслируют подобное мнение. Одной из самых уязвимых групп в этой сфере являются актрисы. Им по-прежнему тяжело, так как открытый флирт и оскорбления от мужчин-режиссеров — явление нередкое. Более того, если мужчин отбирают в ВУЗы и театры по типажу, то женщин — по красоте. Не раз я слышала заявления от художественных руководителей, что актриса должна быть симпатичной. Поэтому в беларусском театре практически на каждой роли конвенционально красивая девушка, а вот именно типажных актрис не так много.

Решила учиться на режиссера — будь добра соответствовать мужским критериям!

Образование в сфере культуры зачастую связано с эмоциональным и психологическим давлением. Талант, гений, конкуренция — это касается и мужчин. Однако не так много профессий, при получении которых девушкам еще в университете будут заявлять, что не женское это дело. А в театральных русскоязычных вузах часто можно услышать, что курица не птица, баба не режиссер. Профессиональная социализация женщин в театре проходит при постоянной дискриминации. В этом плане театральное образование очень напоминает спорт. Особенности организма, менструации, гормональные сбои — все становится вторичным. Негласно молодым девушкам нужно пройти мужскую инициацию. 

 

Это усугубляется и тем, что долгое время режиссура считалась «зрелой» профессией. Если тебе не было тридцати, то в режиссеры лучше не идти: не хватает жизненного опыта. Отсюда и берут корни вечно молодые сорокалетние режиссеры. Стереотип существует до сих пор: каково тогда девушкам семнадцати лет, которых все-таки приняли на отделение режиссуры? В академии искусств бывали случаи, когда преподаватели просили девушек перетягивать грудь и показывать знаменитых мужчин-режиссеров, а то, что физиологические особенности никак не учитываются при, например, переносе тяжелых декораций, говорить не приходится. Ты режиссер — будь добра соответствовать.

У многих режиссерок до сих пор проявляется стокгольмский синдром, который очень тесно связан с освоенной профессией. Они активно благодарят мастеров за такое «воспитание», ведь они относились ко всем на равных. Однако это «на равных» значило «как к мужчинам». Ведь акцент на гендер так или иначе постоянно присутствовал. Чтобы реализоваться в профессии, необходимо пройти все патриархальные испытания. Но самое смешное в том, что и реализовавшиеся мужчины-режиссеры по итогу не демонстрируют свою выносливость и силу, ведь театр не джунгли, а стратегический процесс. Миф о том, что режиссер репетирует, находясь в зрительном зале с чашкой кофе, зачастую вовсе не миф, а реальность. 

 

Тогда возникает закономерный вопрос: зачем проходить «закаливание силой», если в итоге и женщины, и мужчины делегируют физическую работу на технические части в театре, а психоэмоциональная устойчивость не зависит от пола. Может, с выводом согласятся не все, но для меня он очевиден: для того, чтобы женщинам было проще социализироваться в патриархальном мире театра в будущем. А если она и заслужит привилегию «ставить на больших сценах», то сначала должна многое выдержать, поскольку «баба не режиссер». Ведь все равно в мужских кулуарах можно услышать, что настоящая режиссерка — это «баба с яйцами», то есть уже «мужик». 

 

Однако именно женщины активней берутся за проекты, связанные не только с академическими сценами, стремятся найти новый режиссерский язык и готовы даже не брать за это оплату, ведь главное — делать любимое дело и «пробиться». Очень мало мужчин-режиссеров, готовых идти этим же путем. Если говорить о государственных театральных институциях, то в процентном соотношении женщин там намного меньше. Практически все посты художественных руководителей занимают мужчины, женщины же работают как приглашенные режиссеры и очень часто занимаются детским репертуаром. Речь идет именно о драматическом театре, так как в музыкальном и пластическом театрах ситуация другая.

Проектный театр как выход

Практически все известные беларусские режиссерки развиваются в проектном театре. Так, Татьяна Троянович долгое время возглавляла театр «ТриТФормат», Валентина Мороз занимается документальным театром и возглавляет «Студию социального театра», Наталья Леванова создает эксклюзивные детские спектакли. Екатерина Аверкова, Елена Ганум и другие режиссерки выпускают спектакли в гостеатрах как приглашенные режиссеры, однако такую работу тоже можно назвать отчасти проектной. В областных театрах ситуация похожая — женщин не так часто приглашают на постановки. 

 

Но ситуация меняется, и хочется зафиксировать происходящие изменения. На данный момент самая уязвимая группа режиссеров — девушки до тридцати лет. И именно они создают современный театральный ландшафт, преодолевая не только трудности академической системы, но и патриархальные устои.

Практически все они начинали создавать свои первые работы на зрителя в Центре белорусской драматургии (далее – ЦБД) при Республиканском театре белорусской драматургии(далее – РТБД). Центр занимается проектной работой: читками пьес, эскизами спектаклей, драматургическими лабораториями и мастер-классами. Многие молодые режиссерки начинали свой профессиональный путь именно с театральных чтений (актеры читают текст с листа, но при этом видна режиссерская концепция). Так у них появился фидбэк и поддержка от профсообщества: театроведов, критиков, актеров, других режиссеров. Все это формировало солидарную среду. 

 

Вторым таким местом стал Культурный хаб Ok16, давший возможность реализоваться молодым режиссерам в формате летних резиденций-лабораторий. Созданные на них эскизы впоследствии перерастали в полноценные спектакли. Стоит отметить, что немалую роль сыграло доверие менеджерки Инны Коваленок, курировавшей театральные проекты. Женщины солидаризировались: режиссерки активно помогали друг другу, взаимодействовали с молодыми актрисами и драматургинями.

Сейчас можно уверенно назвать имена пяти молодых успешных режиссерок, работающих в разных стилях, что увеличивает шансы попасть на хороший спектакль.

Полина Добровольская.jpg

Полина Добровольская

/ эстетика (не)кабаре

Полина закончила академию искусств по специальности «Актерское мастерство» и долгое время работала в «Территории мюзикла». Параллельно с этим она начала реализовывать режиссерские проекты и быстро стала узнаваемой. Первая ее читка случилась по «Пьесе в шести отвратительных сценах» Ольги Романовой — Полина осознанно выбрала текст про патриархальные устои. Одна из главных ее работ — спектакль «Комната умирает» по пьесе Микиты Ильинчика. Изначально проект реализовывался в пространстве «Другі паверх», а после был перенесен в Ok16. Текст сделан в жанре мокьюментари — псевдодокументальной пьесы, каждая сцена которой сопровождается координатами, например, «53.976297, 27.417682» — Ждановичи. Режиссерка разделила сцену на несколько локаций, в которых попеременно и параллельно происходило действие. Тут и эмиграция квир-мира в Польшу, и выжившая бабушка после взрыва, и День победы. Спектакль динамичный, «клиповый», очень страшный и одновременно смешной — это современная антиутопия про Беларусь, поставленная еще до всех событий 2020 года.

Среди других ярких работ Полины — вокально-пластический эскиз «Sviciaz» по мотивам легенд об озере Свитязь и спектакль для подростков в Могилевском областном драматическом театре «Бог ездит на велосипеде».

Показ эскиза Sviciaź_реж. Полина Доброво
Спектакль Комната умирает_реж. Полина До

«Sviciaz»

«Комната умирает»

Евгения Давиденко.jpg

Евгения Давиденко

/ современный символизм

Евгения закончила академию искусств по специальности «Режиссура» и продолжает свою работу в ЦБД. В формате читок и эскизов она активно работает с современными русскоязычными пьесами («Жизнь удалась» П. Пряжко, «Шкура» и «Музей (не)очень нужных вещей» А. Иванюшенко, «Мертвятник» А. Иванова, «Deja vu» О. Прусак, «Меня для тебя море» М. Райцес и др.). Дипломный спектакль режиссерка поставила в драмтеатре Бобруйска по пьесе «Deja vu» Ольги Прусак, эта работа вызвала широкий резонанс у бобруйского зрителя. В спектакле была использована съемка в реальном времени, что редко встречается в беларусских постановках. Через проекции раскрывалась трагичная история главной героини — вечно молодящейся вахтерши из провинции.

 

Одна из последних премьер Евгении — «Ты найдешь Алису под старым снегом» по пьесе Алены Иванюшенко в пространстве «Другi паверх». Спектакль пластичен и ритмичен, режиссерка активно использует видеоряд. Основной образ спектакля — «кукольный дом», в котором разворачивается история мачехи и дочери после смерти отца. В РТБД прошло несколько показов абсурдистской сказки «Голова», и там же в мае состоится премьера нового спектакля режиссерки — «Мертвятник» по пьесе Андрея Иванова.

1 Читка пьесы Ты найдешь Алису под стары
Читка пьесы Меня для тебя море_реж. Евге

"Ты найдешь Алису под старым снегом"

"Меня для тебя море"

Елизавета Машкович.jpg

Елизавета Машкович

/ инсталяционность и эксперименты с пространством

Елизавета — одногруппница Евгении Давиденко, которая вместе с ней активно исследовала пространство современной драмы. На данный момент Елизавета работает в Новом драматическом театре. Ее первой полноценной работой стал спектакль «Джима Моррисона больше нет» в Ok16. В нем режиссерка развенчивала миф о гениях, стремясь понять личность Джима Моррисона. Зритель выстраивался вдоль помостов, на которых и происходило действие. Режиссерке интересно работать с нетеатральными пространствами, а текстовую основу для спектаклей она зачастую создает сама. Например, в эскизе спектакля «Каин» по мотивам Байрона актеры передвигались по нишам у потолка, взаимодействуя с джутовыми веревками.

 

Недавняя премьера Елизаветы — Ave, Richard, она возникла благодаря гранту театрального фестиваля «ТЕАРТ». Режиссеры показывали эскизы по пьесе «Ричард III» Шекспира, а лучшие работы получали продолжение. В Ave, Richard тиранический герой делился своими коварными планами через сторис в инстаграм, на который можно было подписаться прямо в зале.

Спектакль Джима Моррисона больше нет_реж
Спекталь Ave, RIchard_реж. Елизавета Маш

«Джима Моррисона больше нет»

«Ave, Richard»

Мария Танина.jpg

Мария Танина

/ digital и европейская рассудительность

Мария закончила академию искусств по специальности «Режиссура». Первые ее спектакли были поставлены для детского репертуара. При этом Мария, как и остальные режиссерки, работала с современной драматургией. Один из самых ярких ее эскизов — «Сиамские близнецы» Ю. Дивакова в Ruin Bar Ok16. Перверсивная история, наполненная библейскими мотивами, была решена через видеоряд и взаимодействие с барным пространством.

 

Один из новых спектаклей Марии «Ричард» возник благодаря уже упомянутой лаборатории фестиваля «ТЕАРТ». Режиссерка создала digital-мир, в котором Ричард — искусственный интеллект, захватывающий цифровое и реальное пространство. Спектакль получился иммерсивным — зрители взаимодействовали с тираном и участвовали в его «играх», посвященных вхождению на трон. Марию интересуют технологии в театре и его возможности без театрального пространства, партиципаторное искусство. 

2 Спектакль Richard_реж. Мария Танина.jp
1 Спектакль Richard_реж. Мария Танина.jp

«Ричард»

Анна Яковлева.jpg

Анна Яковлева

/ гротеск и трагикомичные мотивы

Анна — выпускница БГУКИ. Она реализовывала многочисленные читки по беларусским пьесам, а в современных трагедиях всегда находила юмор. Практически все постановки Анны наполнены сатирическими подтекстами, во многих ее работах сосуществуют элементы гротеска и буффонады. Спектакли Анны отличаются ярким визуальным рядом. В основном режиссерка работает с современным «театром представления», в любой работе выводит на первый план узнаваемые типажи героев.

Первый ее спектакль на большой сцене — «Все нормально» по пьесе Владиславы Хмель в РТБД. Трагический семейный конфликт трех поколений женщин был вскрыт через пластические мизансцены.

 

Гендерный разрыв, как и разрыв между поколениями режиссеров, до сих пор велик. Но отрицать, что беларусский театр начинает проходить «женский путь», невозможно. Беларусские режиссерки активно ищут новый театральный язык, берут в работу современные тексты (в том числе беларусских драматургинь), наперекор всем обстоятельствам выпускают спектакли в государственных и независимых пространствах. За поколением женщин-режиссеров будущее беларусского театра, как бы патетично это ни звучало. Реальность такова: именно женщины-режиссеры создают актуальный театральный ландшафт.

Читка пьесы Все нормально в Ok16_реж.Анн
Спектакль Все нормально_Анна Яковлева_фо

«Все нормально»